Том 1    
Перерыв. Иногда поощряем приспешниц

Перерыв. Иногда поощряем приспешниц

Часть 1

— ...И как так получилось? — со вздохом обронил Оур, окидывая взглядом наводнивших комнату девушек.

— А-ха-ха, что-то я всем на глаза попалась. Ну... ничего страшного, можно же порой? — без какого-либо ехидства отозвалась Лилу.

Ладно бы она присоединилась к уже засевшим в комнате Наде, Шаль и Викии. Ладно бы выполнила приказ и привела бы Спину с Элен. Ладно бы вместе с Элен пришли ее подопечные — темные альвийки почти всегда передвигаются группой, их тяжело разделить.

Но как получилось, что в комнате объявились и Юнис, и Мари, и даже Мио? Если подумать, в комнате собрался гарем Оура в полном составе.

— Вот-вот, чтобы никто не обижался! Тем более, в последнее время ты про меня совсем забыл, — Юнис надулась.

«Ты почти каждую ночь ко мне в постель забираешься», — подумал Оур, но сдержался и вслух не сказал.

— А, а-а можно мне тоже?.. — спросила Мио, единственная среди всех казавшаяся неуверенной и сомневающейся.

Она заметно похорошела после того, как познала любовь Оура. Косметикой она все так же не пользовалась, но волосы у нее стали густыми и блестящими, кожа мягкой и гладкой, а внешность и манеры в целом — даже манящими. Кроме того, несмотря на свои слова, из комнаты выходить она не спешила, а значит, и сама хотела поучаствовать.

— Ладно. Уделю время вам всем.

Оуру и самому нравились оргии помасштабнее. Он понимал, что Лилу явно что-то задумала, и решил не противиться.

— Ур-ра! Ну, тогда давайте по очередности знакомства. Я первая! — тут же послышалось от Лилу, и она прижалась к груди Оура.

— А я тогда втора-ая, — весело прощебетала Юнис и повисла на правой руке мага.

— А я тре... — начала было Спина и попыталась занять левую руку Оура, но к той уже намертво приклеилась Мари.

Выражение лица Спины резко похолодело, и она слегка поджала губы.

— Я тре-тья. Со-фи чет-вертая, — громко заявила Мари.

Оуру их напряженные переглядывания напоминали конфликт уже приготовившейся к атаке кобры и бесстрашного хомячка, пытающегося угрожать ей вскинутыми лапами. Безусловно, судьба хомяка в таком конфликте — стать обедом змеи.

— Если идти по порядку, то так и получается. Смирись, — разрешил спор Оур, и Спина с безразличным видом прижалась к его спине.

— Как тебе? Я какой-никакой, но суккуб, и не уступлю даже перед столькими красавицами, — Лилу уже успела поглотить достоинство Оура собственным лоном и обольстительно улыбалась.

Влагалище ее будто жило своей жизнью, выжимая орган мага под совершенно невообразимыми углами. Плоть суккуба словно совмещала в себе лучшие свойства всех гениталий, которые только знал Оур.

— Да, в усладе с тобой действительно никто не сравнится, — признал Оур.

Что и говорить, ведь она даже устроена по-другому. Человеку с суккубом не сравниться.

— Но мне больше нравится ублажать других, а не себя. Впрочем, ты мне нравишься и с этой точки зрения.

Оур немного повозился с магической энергией, а затем резко двинулся сам. Он уже столько раз занимался с Лилу любовью, что научился изменять ее тело даже без оргазмов.

— А-а-а-а-а-а-а! — Лилу мгновенно выгнулась, высунула язык и тронулась умом.

Ее посетило наслаждение в десятки раз более сильное, чем ощущает человек. Даже суккуб не может устоять перед удовольствием, когда оно словно сотрясает душу.

— Фха-а-а-а! Оу-ур! Не-ет! Я сейчас! С-свихну-у-у-усь! А-а-ам-м! Ан! Ан-н! Ай-й-й! Ай! Ха-а-а-а! — Лилу кончала и вопила от каждого натиска мага.

Наверное, не стоит удивляться тому, что она умудрялась не терять сознание и голосить от наслаждения даже под таким беспощадным напором. Человек бы на ее месте либо мгновенно отключился, либо навсегда бы сошел с ума от избытка чувств.

Однако суккуб впитывал наслаждение без остатка, словно губка. Даже волны ни с чем не сравнимого удовольствия не мешали ей ублажать Оура будто бы ожившей вагиной.

— Кх... кончаю, Лилу! — не выдержал, наконец, маг и излил похоть в ее глубины.

— А-а-а-а-а-а!

Наполненное магической энергией семя Оура с точки зрения Лилу — сильнейший афродизиак и изысканнейший обед. Она кончила в разы сильнее, словно в нее впрыснули экстракт чистого наслаждения.

— Теперь меня-я, — Юнис подняла обмякшую Лилу и отшвырнула назад.

Суккуб издал жалобный вопль, но Юнис даже не обернулась и впилась в губы Оура.

— Э-хе-хе, Оур... наслаждайся мной, — она обвила голову мага руками и просунула его достоинство в собственные глубины. — М-м.. ах-х... как хорошо... только с тобой я чувствую себя по-настоящему счастливой...

— Ах-ты-суч-ка, — вдруг позади поплывшей от наслаждения Юнис возникла натянуто улыбающаяся Лилу и схватила ее за голову. — Только попытаешься насладиться долгожданным эхом, а тут... ну, раз уж ты так, то и я в накладе не останусь.

Суккуб поднялась в воздух, пристроилась между Юнис и Оуром, а затем утопила лицо мага в массивной груди.

— А-а! Лилу, сгинь, мешаешься!

— Ничего не знаю. Ну что, господин, мои большие сиськи ведь приятнее, чем то недоразумение, что Юнис зовет грудью?

Хоть девушки и начали спорить, в их голосах не слышалось и намека на ненависть. Они подшучивали друг над другом, словно лучшие подруги, и Оуру оставалось лишь ответить:

— Не в размере счастье. Вы обе хороши. Оставайтесь на месте, сейчас я вас познаю.

С этими словами он резко пронзил Юнис, и та снова расплылась блаженной улыбкой. Лилу же прокрутилась на месте и зависла вверх ногами, одновременно и зажимая лицо Оура собственными грудями, и вылизывая грудь мага. Оур тоже прикладывался к соскам Лилу. В какой-то момент он взял Юнис за талию и начал штурмовать ее недра всерьез.

— А-а... хорошо-о... да, Оур, еще, мне так хорошо!.. Сильнее, пронзай меня сильнее... а-а, да-а... да-а-а!.. — Юнис бредила, словно от лихорадки. — А-а! Да, я кончаю, кончаю! Конча... Оур, Оу-ур!..

Как только Юнис начала умирающим голосом повторять имя мага, Лилу тихонько отлетела в сторону. Стоило лицу любовника появиться из-за демонических крыльев, как Юнис сразу припала к губам Оура.

— М-м-м-м-м! М, фхам, м-м! М, м-м!

Она сплелась с ним языком и слюной, а затем задрожала от подступившего оргазма. Руки обвились вокруг головы Оура, ноги — вокруг талии. Юнис обнимала его так крепко, словно стремилась выжать все семя. Оур исполнил желание Юнис и наполнил ее белой жидкостью.

— Фха-а... я люблю тебя, Оур...

— Меня то-оже.

Юнис напоследок слегка коснулась губ Оура, а уже в следующее мгновение целовать мага начала Лилу. Дождавшись, пока волны наслаждения окончательно стихнут, Юнис разжала хватку и освободила тело Оура. И почти сразу же рядом с членом оказалось лицо Мари.

Орудие мага ни за что не поместилось бы в ее крохотном ротике, поэтому малышке оставалось лишь изо всех сил лизать его коротким язычком. Она, в отличие от всех остальных девушек, совершенно не умела ублажать мужчин, и потому не доставляла Оуру никакого удовольствия. Впрочем, хоть действия Мари и не возбуждали мага, ему все равно нравилось смотреть на старания девочки.

— Такие движения языком нашего господина не удовлетворят. Смотри и учись.

Сбоку к Мари пристроилась Спина и ловко заглотила член Оура. Хотя премудрости минета она начала постигать совсем недавно, но уже успела обогнать по умениям большинство проституток. Больше никто среди приспешниц Оура — кроме Лилу, конечно — не умел заводить член так глубоко в горло, не прекращая ласкать его языком.

— У-у. Софи, я тоже! Я тоже!

Мари возмутилась перехватом, приставила ладонь к щеке Спины и надавила на нее. Боевые умения — вопрос отдельный, но больше ни один обитатель подземелья не смел так вести себя с девушкой, недалеко ушедшей по характеру от самого Оура. С этой точки зрения именно Мари стоит считать сильнейшей.

— ...Ладно, как скажешь. Тогда твоя половина нижняя, а я буду ублажать верхнюю.

— Ага!

Две девушки — одна с волосами черными, как ночь, другая с яркими, словно солнце — дружно корпели над членом Оура, будто сестры.

— А я тогда сюда.

Сбоку подошла Юнис, прижалась грудью к плечу Оура, повернула его голову ладонью и впилась в губы.

— Ах, не успела. Что же делать... придется вот так.

Лилу легла на воздух, словно на кровать, и опустилась губами на грудь Оура. Сам Оур сосредоточился на поцелуе с Юнис, однако левую руку направил к бедрам воительницы, а правую — к промежности суккуба.

— А-ам-м! — дружно воскликнули Юнис и Лилу, не ожидавшие внезапного ответа.

Спина же нахмурилась и взялась рукой за член Оура, одновременно с этим заглатывая его. Пусть она не обронила ни звука, ее действия словно говорили магу: «Не забывай обо мне».

— М-м?! М-м-м, м, мгх-х.

Оур решил ответить ей взаимностью и резко подался вперед. Его член оказался в горле Спины, и она застонала от боли, но все равно обрадованно прищурила взгляд. Даже страдания радовали ее, если их доставлял Оур.

— Кончаю. Пей.

— М-м! М-м-м!

Белое семя изверглось в горло Спины и застало ее врасплох. Оур кончал так обильно, словно то была не сперма, а моча, и Спина изо всех сил глотала густую жидкость. Но все же ей не удалось справиться с объемом. Она резко отпрянула и начала кашлять.

— П... простите... — проговорила Спина со слезящимися глазами.

— Не страшно. Мари, вылижи.

Девочка послушно слизала все капли, что вытекли изо рта ученицы мага.

— Прошу прощения, господин... я готова принять любое наказание, что вы назначите, — заискивающим тоном сказала Спина, падая ниц.

— Я же сказал, не страшно. Лучше...

— Я готова принять любое наказание, что вы назначите, — повторила Спина, и Оур вздохнул.

Как бы жалобно ни звучал ее голос, слова ее — не что иное, как приказ. Может, их следовало назвать мольбой, но Оур чувствовал, что слово «приказ» все-таки точнее.

«Хватает же тебе наглости приказывать своему учителю...» — мысленно пробормотал он, затем зачитал короткое заклинание и нарисовал пальцами в воздухе знак.

Через мгновение стройное тело Спины подхватила магическая энергия и подняла в воздух. Путы из магической энергии приподняли грудь девушки так, чтобы показать ее в самом выгодном свете, и к тому же широко раздвинули ноги, открывая сокровенные места. Затем незримые веревки связали руки Спины за ее спиной, совершенно обездвижив.

— А-а... — застонала Спина от стыда, когда магические путы впились в ее тело и вынудили принять столь нелепую позу.

— Что же ты за извращенка такая, что наслаждаешься собственным наказанием?

Оур вцепился в грудь Спины и начал крутить ее. Действовал он небрежно, стараясь причинять ей боль, а не доставлять удовольствие.

Но как бы он ни старался, все его действия приносили Спине лишь наслаждение. Она содрогалась и от надменного взгляда, и от презрительных фраз.

— Прошу прощения, учитель... я — не более чем позорная свинья, что жаждет вашего снисхождения...

Оур хмыкнул. Он вовсе не собирался исполнять ее желание.

— Значит, ты просила меня о наказании?

— Да!.. Умоляю, накажите мою мелочность... — от предвкушения щеки Спины покраснели, а глаза заслезились.

Оур же усмехнулся и отпрянул от нее.

— Тогда смотри же, как я буду любить остальных.

— Нет!.. — завопила Спина, но Оур не обратил внимания и поманил к себе Элен и остальных.

Часть 2

— А-а... мне правда можно? — спросила Мио, подошедшая к Оуру вместе с Элен и другими альвийками.

— Конечно, ведь ты сама просила.

«Так-то оно так...» — мысленно прошептала Мио, то и дело поглядывая назад. За ее спиной висела скованная магическими путами Спина и бросала в прочих девушек убийственные взгляды.

— Просто я не уверена в том, что достойна находится среди... — взгляд Мио скользнул по Элен.

— О чем ты, Мио? Мы вместе лишились непорочности во время того омовения. И даже если забыть о том случае, мы близки тебе больше, чем кто-либо. Так чего ты боишься? — возразила Элен.

Остальные альвийки молча кивнули. Удивительно, но Мио с первого взгляда располагает к себе всех, кроме людей. И речь не только о свиньях и коровах: даже адские гончие — и те радостно ложатся на спину в ее присутствии. К тому же Мио мгновенно находит общий язык со всеми тварями, что селятся в лабиринте Оура и что обычно видят в людях лишь еду.

Альвийки — тоже не люди, к тому же они живут недалеко от Мио, часто с ней разговаривают, сходятся во мнениях и потому относятся с симпатией.

— Элен права. А теперь вставайте в ряд, я вами по очереди займусь.

Элен, прочие альвийки и Мио уперлись локтями в кровать, выгнули спины и выпрямили ноги, словно приглашая Оура. Взгляд мага скользнул по шести аппетитным девушкам.

За его спиной все так же висела ученица в позе попавшейся в паутину бабочки (правда, со взглядом таким едким, что позавидовал бы любой ядовитый паук), но сейчас взгляды Мио и остальных на нее не натыкались.

Элен уже потекла, предвкушая развратную оргию, так что Оур уверенно вонзил в нее естество.

— Аха-а! — застонала она от пронзившего тела наслаждения.

Едва Мио успела вздрогнуть, как Оур вдруг покинул лоно Элен, переместился к Мио и вошел уже в нее.

— Фха-а-а-а!

Оур по очереди пристраивался к каждой из них, играя с телами, словно на музыкальном инструменте. После очередного натиска раздавался блаженный стон, а прочие девушки начинали активно вилять бедрами, стараясь привлечь внимание мага. Он же неспешно смаковал ощущения, разнившиеся от любовницы к любовнице.

— Я кончаю и начну с тебя!..

Оур схватился за самую левую из девушек и влил в себя магическую энергию. Затем он вонзил член в альвийское тело и после трех заходов испустил в него как энергию, так и семя.

— А-а-а-а-а! — застонала девушка, срываясь на вопль и истекая слюной, а затем потеряла сознание.

Оур же, не теряя ни секунды, пронзил ее соседку справа и излил семя еще раз.

— Хья-а-а-а! Х, х, хф-ф-ф!

Заряженный энергией маг осквернил вторую альвийку объемом, не уступающим первому. От оргазма девушка высунула язык и больше не могла выдавить из себя ни одного членораздельного звука.

— Следующая!

Хотя Мио и Элен находились в самом центре ряда, Оур пропустил их и переместился ко второй справа альвийке.

— А-а-а-а-а! К, ко-о-о-он, ча-а-аю-у-у-у!

Перед тем, как отключиться, эта девушка свернулась калачиком, словно кошка, и изо всех сил вцепилась в простыню. Оур же переместился к самой правой альвийке.

— Нет, нет, нет, не-е-е-ет! Мне слишко-о-о-ом!

Оур кончил в кричавшую не своим голосом наложницу, а затем, наконец, схватил за пояс Элен.

— Ах... наполните меня, господин... ах, кон-чай-те-е-е! А-а-а-а-а, а!..

От удовольствия Элен сначала потеряла голос, а потом взревела как зверь. Жар неиссякаемого потока спермы словно разогревал и ее оргазм.

— Наконец, ты, Мио. Я кончаю.

Мио начала кончать еще от того, что услышала собственное имя, а как только внушительное достоинство Оура пронзило ее, стала мелко дрожать. Ей показалось, что все тело вдруг превратилось в одну эрогенную зону, и она резко задвигала бедрами, не в силах совладать с собой.

— Фха-а-а, а-а, а-а-а, течет, она тече-ет!.. Я чувствую, как господин Оур кончает в меня-а-а-а!

Даже сквозь оргазм, грозящий уронить Мио в обморок, даже сквозь ощущение того, как о ее внутренности бьется струя спермы, девушка продолжала отчаянно водить бедрами и сжимать член Оура влагалищем. Она старалась ради удовольствия мужчины, не своего.

— Хм... неплохо, Мио, — похвалил ее Оур за преданность и погладил по голове.

Девушка вновь кончила и на этот раз все же лишилась чувств. Она рухнула на кровать и затерялась среди простыней.

Оур с довольным видом окинул взглядом шесть сочащихся белой жидкостью вагин, а затем неспешно развернулся.

— Вы жестоки, учитель, — Спина все так же не могла шевельнуться, но без конца плакала, а половые органы ее истекали не хуже тех, что Оур уже удостоил вниманием. — Ваше наказание чрезмерно... вы бросили меня совсем одну, даже не смотрите, но вынуждаете смотреть, как вы ублажаете остальных...

— Но ты, вкусив зрелища и собственного бессилия, возбудилась?

Оур смазал палец о ее промежность. Та истекала жидкостью, словно глаза — слезами, из-за чего под Спиной уже появилась небольшая лужица.

— Низменная, порочная женщина. Неужели ты настолько жаждешь меня?

— ...Ученица обязана исполнять любой приказ учителя...

— Ты говоришь чепуху. Я ничего тебе не приказывал. А прекрасных женщин у меня с избытком даже без тебя. Мне нет нужды утруждаться еще и тобой.

Оур все терзал Спину словами за то, что она не признавала собственные желания.

— В такие минуты нужно просить и умолять, иначе никак. Господин Оур, спарьтесь со мной сзади, словно неистовый зверь. Наполните меня до краев, ведь я так хочу от вас ребенка, — развратно проворковала Шаль, нагибаясь рядом со Спиной.

— И меня после нее возьмите, господин Оур, — честно попросила Надя.

— ...И меня, если хочешь. Все равно я не смогу отказать, — нарочито недовольно бросила Викия.

Впрочем, и глаза ее, и промежность увлажнились так, словно атмосфера разврата коснулась и волшебницу.

— Меня радует ваша искренность. С кого бы...

— Умоляю, учитель! Сжальтесь... прошу, утешьте меня... — в слезах воскликнула Спина, когда Оур уже повернулся к Шаль.

Похоже, «наказывать» ее хватит.

— Сразу бы сказала.

Оур вошел в Спину, не отменяя заклинания.

— А-а-а-а-а-а!

От долгожданного касания девушка задрожала и впала в беспамятство. Спина и без издевательств отличается от прочих девушек чувствительностью. Однако сейчас, когда ее распаленное тело приняло член Оура, она словно вспыхнула и не продержалась даже мгновения.

Послышалось журчание. К стекающей смазке добавилась еще одна жидкость.

— А-а-а-а...

Ученица мага пришла в себя от стыда и унижения и вновь затряслась. Однако даже эти чувства разогревали ее похоть и обращались наслаждением.

— Обмочилась от удовольствия? Твое тело столь же низменно и порочно, сколь раньше.

Оур насиловал ее, не обращая внимания на влажные звуки, и схватил за грудь.

— Хья-а, а-а, хья-а-а-а, а-а.

От каждого движения Спина содрогалась и на мгновение теряла сознание. Тело ее покачивалось на незримых цепях и издавало невнятные стоны, напоминающие бормотания умалишенного.

— Я кончаю. Готовься...

— А-а-а, а-а-а-а-а! А-а-а-а, хья-а-а-а-а-а-а-а!

Спина ощутила, как наполняется ее вагина, и кончила сама. Язык вывалился наружу, глаза закатились, щель пустила струю, тело забилось в судорогах. Оур отключил заклинание, поймал обмякшую девушку и донес до кровати.

— Так, теперь...

Но стоило ему повернуться к Шаль, как сбоку прижалась Лилу.

— Ты и так столько дней спал с этими девочками. Давай лучше меня, мне одного раза совсем не хватило...

— Я тоже хочу еще... можно? — заискивающим тоном вопросила Юнис, прижимаясь с противоположной стороны.

— Вы обойдетесь, вас господин и так чуть ли не каждую ночь ублажает. Зато нас всегда шестерых как одну. По-моему, я заслужила лучшего обращения, — заявила Элен, стараясь привлечь внимание мага к внушительной альвийской груди.

За спиной смуглой красавицы вскинула руку Мио.

— В-вот именно.

— О чем это вы?! Сейчас несравненный член господина Оура войдет в мой животик! — чуть ли не завизжала Шаль.

— Угу. А после нее по порядку иду я, — не забыла напомнить Надя.

— А м-мне все равно... но если хочешь, то пожалуйста, я все равно отказать не могу, — пробормотала покрасневшая Викия, мельком поглядывая на Оура.

— Н-не могу больше... я хочу вас, учитель... — хотя сильный оргазм и магические путы истощили Спину, она кое-как тянула руки к ногам Оура.

А тем временем Мари уже обхватила член мага обеими руками и энергично вылизывала головку.

— А-а?! — дружно воскликнули девушки, заметив Мари.

— Д-до чего же эта малявка юркая!

— А ну, отпусти! А, ничего себе! Откуда в ней столько силы?!

— Ха-ха-ха! Гордись, человеческий детеныш, я тебя запомнила!

— Мне кажется, сейчас не время смеяться, Элен...

— Драгоценная сперма господина Оура... ну пожалуйста, поделись, я не прошу много. Умоляю.

— ...Шаль, ты меня уже пугаешь.

— И вообще, эта девочка не проклятая? Да, господин благословил ее, но сила у нее скорее адская...

— Мари... сколько еще раз ты намерена вставать на моем пути?!

Выслушав девушек, Оур вздохнул и решил:

— Эх, а ну молчать. Спокойно, я до вас всех доберусь.

В комнате послышались дружные стоны.

Тем временем, снаружи комнаты, как обычно, работал барьер, не пропускавший демонов. Рядом с ним стоял демон, скрестивший на груди четыре руки и слушавший доносившиеся из комнаты стенания.

— Честное слово, если бы моя ярость могла убивать, от этого сброда не осталось бы и пепла... — пробормотал Логан, а затем исчез в глубинах лабиринта, лишь бы не слышать этой оргии.